Аннотация
В традиционной оценке профессиональной и спортивной деятельности основное внимание уделяется количеству правильных и ошибочных действий: проценту поражённых мишеней, количеству промахов, времени выполнения задачи, числу неверных решений. Такой подход практически не учитывает структуру распределения ошибок во времени.
Между тем одна ошибка и серия из четырёх ошибок — психологически и функционально разные явления.
Настоящая статья предлагает рассматривать способность человека не допускать превращения единичной ошибки в последовательность ошибок как самостоятельную характеристику профессиональной надёжности. Для её обозначения предлагается понятие постошибочной устойчивости.
Центральным измеряемым показателем становится вероятность появления второй ошибки в течение заданного числа последующих действий после первой. Для стендовой стрельбы практически удобным исследовательским окном могут служить следующие пять мишеней.
Тем самым предмет оценки меняется. Исследователь спрашивает уже не только: «Сколько ошибок совершил человек?», но и:
Что произошло с его системой управления после первой ошибки?
Предлагаемый подход применим к спорту высших достижений, работе оперативника, профессиональной деятельности телохранителя и другим сферам, где единичная ошибка неизбежна, однако развитие ошибки в каскад способно привести к резкому ухудшению результата.
Ключевые слова: ошибка, постошибочная устойчивость, глубокий провал, каскад ошибок, стендовая стрельба, психологическая устойчивость, оперативник, телохранитель, подготовка под давлением.
1. Проблема не в первой ошибке
Одна из фундаментальных ошибок существующих систем подготовки заключается в том, что спортсмена или профессионала обучают прежде всего не ошибаться. Для деятельности высокого уровня такая постановка вопроса недостаточна. Ошибки неизбежны. Даже высококвалифицированный стрелок иногда промахивается. Оперативник может неверно оценить первоначальную информацию. Телохранитель может с задержкой заметить изменение ситуации. Врач, пилот, руководитель или спортсмен могут принять неидеальное решение. Следовательно, профессиональная надёжность не может определяться исключительно способностью избегать ошибок. Не менее важной является другая способность:
Что человек делает после того, как ошибка уже произошла?
Именно здесь возникает принципиальное различие между локальной ошибкой и глубоким провалом. Локальная ошибка ограничивается самой собой. Глубокий провал развивается. Первая ошибка изменяет состояние человека: возникает раздражение, желание немедленно исправить результат, сомнение, чрезмерный самоконтроль, ускорение действий либо, напротив, их искусственное торможение. В результате человек начинает работать уже не с первоначальной задачей. Он начинает работать со своей предыдущей ошибкой. И это принципиально иной психологический режим.
2. Ошибка становится причиной следующей ошибки
Когнитивная наука давно исследует так называемые post-error adjustments — изменения поведения после совершения ошибки. Одним из наиболее известных феноменов является post-error slowing: после ошибки человек нередко замедляет следующее действие. Однако само такое замедление нельзя автоматически считать полезной адаптацией: различные исследования показывают, что постошибочные изменения могут включать как повышение осторожности, так и неадаптивные компоненты, а улучшение последующей точности возникает не всегда.
Особенно интересны данные, указывающие, что после совершения ошибки в некоторых условиях вероятность последующей ошибки сама может возрастать. Это заставляет рассматривать ошибку не только как конечный результат предшествующего действия, но и как событие, изменяющее вероятность последующих действий.
Для спорта это имеет огромное значение.
Допустим, два стендовика завершили соревнование с одинаковым результатом — 118 поражённых мишеней из 125. Формально они равны. Но структура их семи промахов может быть совершенно различной.
У первого промахи распределены по соревнованию одиночно. У второго пять промахов произошли практически подряд после одной первоначальной ошибки. Средний итог одинаков.
Психологическая архитектура результата — совершенно разная.
- Первый стрелок умеет локализовать ошибку.
- Второй склонен к каскадному провалу.
Обычная итоговая таблица соревнований этого различия не показывает.
3. Понятие глубокого провала
Предлагается определить глубокий провал как временное состояние деятельности, при котором первая локальная ошибка повышает вероятность возникновения последующих ошибок и запускает самоусиливающуюся деградацию качества действия.
Таким образом:
ошибка — событие;
глубокий провал — процесс.
Это различие чрезвычайно важно.
Промах по одной мишени ещё ничего не говорит о психологической устойчивости спортсмена. Гораздо информативнее посмотреть, что произошло на следующих мишенях.
Если стрелок после промаха поражает следующие пять, первая ошибка остаётся локальной.
Если за первым промахом появляются второй, третий и четвёртый, перед нами уже другая проблема.
Причём технически стрелок может быть прекрасно подготовлен. Причиной становится нарушение управления собственной деятельностью.
4. Новый показатель: вероятность второй ошибки
Для исследования этого феномена предлагается ввести простой показатель.
Пусть eₜ = 1 обозначает ошибку в действии (t), а eₜ = 0 — отсутствие ошибки.
После появления первой ошибки нас интересует не всё соревнование, а небольшое постошибочное окно.
Для стендовой стрельбы первоначально можно использовать пять следующих мишеней.
Тогда показатель постошибочной нестабильности:
R₅ = P(Σᵢ₌₁⁵ eₜ₊ᵢ ≥ 1 | eₜ = 1)
означает:
вероятность того, что после первой ошибки хотя бы одна из следующих пяти мишеней также будет потеряна.
Это чрезвычайно простой, но потенциально очень информативный показатель.
Если у двух спортсменов одинаковая средняя результативность, но у одного после первого промаха вероятность второго промаха составляет 20 %, а у другого — 55 %, мы имеем двух совершенно разных спортсменов с точки зрения устойчивости деятельности.
Можно ввести противоположный показатель:
L₅ = 1 − R₅
и назвать его коэффициентом локализации ошибки.
Чем выше (L_5), тем чаще спортсмен способен оставить первую ошибку единственной.
5. Необходимо учитывать обычную вероятность промаха
Однако одного (R_5) недостаточно.
У спортсмена, который вообще часто ошибается, естественным образом будет выше вероятность ошибки и на следующих пяти мишенях.
Поэтому постошибочный риск необходимо сравнить с его обычным уровнем ошибок.
Если индивидуальная вероятность ошибки спортсмена равна p, то при условии независимости последовательных действий вероятность получить хотя бы одну ошибку в пяти следующих действиях составляет:
B₅ = 1 − (1 − p)⁵
Теперь можно сравнить наблюдаемую постошибочную вероятность с теоретически ожидаемой.
Предлагается индекс каскадного усиления:
A₅ = R₅ / B₅
При A₅ > 1 после первой ошибки риск последующей ошибки оказывается выше обычного уровня.
При A₅ ≈ 1 первая ошибка существенно не меняет последующую вероятность.
При A₅ < 1 спортсмен демонстрирует выраженную способность к постошибочной стабилизации.
Это уже позволяет отличить просто меткого стрелка от психологически устойчивого стрелка.
6. Почему особенно важны именно следующие несколько действий
Человек редко проваливается мгновенно. Провал развивается. Первая ошибка является точкой возмущения системы.
Затем возникает небольшой интервал, в котором система либо возвращается к рабочему состоянию, либо начинает уходить от него всё дальше.
Именно поэтому интерес представляет не только следующая мишень.
Нас интересует траектория после ошибки. Для первоначального спортивного исследования окно из пяти мишеней удобно тем, что оно достаточно короткое для фиксации локального последствия ошибки и одновременно позволяет увидеть начало серии.
Однако число пять не следует объявлять универсальной биологической константой. Это исследовательская гипотеза, которую необходимо проверить.
В дальнейшем следует сравнить окна:
- 3 действия;
- 5 действий;
- 10 действий.
Возможно, разные виды деятельности имеют разную длительность критического постошибочного периода.
7. Стендовая стрельба как идеальная лаборатория
Стендовая стрельба представляет особенно интересную модель для исследования постошибочной устойчивости.
В ней существуют многократно повторяющиеся относительно дискретные действия, имеется чёткий бинарный результат — поражение или промах, а последовательность действий легко фиксируется.
При этом психологический фактор имеет экспериментально наблюдаемые проявления. Исследование элитных стендовиков показало, что высокая тревожность сопровождалась сокращением периода quiet eye, менее эффективным движением оружия и снижением результативности.
В другом исследовании стендовой стрельбы элитные спортсмены отличались от менее квалифицированных более ранним началом и большей длительностью quiet eye, причём успешные выстрелы также отличались от неуспешных по этим характеристикам.
Это позволяет сформулировать новый исследовательский вопрос.
Что происходит с quiet eye, движением оружия, временем подготовки и другими параметрами не вообще во время соревнования, а именно в пяти действиях после промаха?
Возможно, наиболее информативными окажутся не абсолютные показатели спортсмена, а величина их изменения после первой ошибки.
Мы получаем совершенно иной предмет исследования:
- не психофизиологию хорошего выстрела;
- не психофизиологию плохого выстрела;
- а психофизиологию возвращения к нормальному действию после плохого выстрела.
8. Главная педагогическая ошибка: попытка немедленно отыграться
После промаха спортсмен естественным образом хочет вернуть потерянное. Но потерянную мишень вернуть невозможно. Она уже находится в прошлом. Следовательно, постановка задачи «немедленно компенсировать промах» психологически абсурдна. Она заставляет человека переносить прошлое действие в следующее.
Следующая мишень превращается из самостоятельной задачи в средство компенсации предыдущего поражения. Возникает опасная конструкция:
я должен попасть, потому что только что промахнулся.
Вес следующего действия искусственно увеличивается. После второй ошибки давление удваивается. После третьей начинается настоящий провал.
Поэтому после первой ошибки должна решаться совершенно другая задача:
не вернуть потерянное, а не потерять следующее.
Это две различные психологические установки.
- Первая направлена назад.
- Вторая — вперёд.
9. Принцип локализации
После ошибки спортсмен должен перейти в кратковременный режим локализации. Его задача состоит не в улучшении результата всей серии и даже не в демонстрации идеального выстрела, а в том, чтобы восстановить обычное качественное действие. Следующая мишень не должна становиться особенной — это принципиальный момент. Если после промаха стрелок начинает стрелять «особенно тщательно», значит ошибка уже изменила его деятельность. Если он начинает торопиться — изменила. Если пытается механически контролировать каждую фазу ранее автоматизированного действия — изменила. Если думает о результате серии — изменила. Следовательно, подлинное восстановление заключается не в создании специального «антистрессового» поведения, а в возвращении к собственному рабочему алгоритму.
10. Тренировать необходимо не успокоение, а результат восстановления
Из этого следует важное педагогическое положение. Само по себе глубокое дыхание, изменение темпа, внутренняя команда или психологический ритуал не могут считаться доказательством восстановления. Критерием является последующее действие. Исследования post-error slowing показывают именно эту проблему: поведенческая реакция после ошибки существует, однако само замедление не является гарантией улучшения последующей точности. Поэтому вопрос тренера должен звучать не: «Удалось ли спортсмену успокоиться?», а: «Как изменилась вероятность его следующей ошибки?» Это переводит психологическую подготовку из области впечатлений в область измеряемых показателей.
11. Тренировка «пять после ошибки»
Можно создать отдельный тренировочный режим. Обычная серия выполняется штатно, но каждый естественно возникший промах автоматически открывает новое аналитическое окно — следующие пять мишеней. Именно они становятся предметом специальной регистрации. Основной результат тренировки — не общий процент попаданий, а отсутствие второй ошибки внутри этого окна. Таким образом, спортсмен начинает соревноваться не только за высокий общий результат — он учится обрывать ошибку. Очень важно, чтобы тренер не говорил: «Теперь обязательно пять подряд», потому что это снова создаст давление. Психологическая формула должна быть другой: первая ошибка закончена; новая задача — выполнить следующее действие обычным способом. Затем ещё одно. Затем ещё одно. Спортсмен фактически учится строить после ошибки новую устойчивую цепочку.
12. От спортсмена к оперативнику
Для оперативной деятельности этот принцип становится ещё важнее. В спортивной стрельбе серия ошибок ухудшает результат соревнования, а в профессиональной деятельности серия ошибок способна разрушить всю структуру принятия решений. Оперативник может ошибиться в первоначальной оценке — это ещё не катастрофа. Катастрофой становится ситуация, когда человек начинает компенсировать собственную ошибку новыми поспешными решениями. Первая неточность порождает вторую, вторая требует компенсации, компенсация создаёт третью. Через несколько циклов человек работает уже не с реальной ситуацией, а с последствиями собственных предыдущих решений. Поэтому профессиональная подготовка оперативника должна включать способность сказать самому себе: «Произошла ошибка. Она локальна. Следующее решение принимается заново из существующих условий». Это не пассивность и не отказ от исправления последствий, а недопущение того, чтобы эмоциональная необходимость исправить прошлое подменила анализ настоящего.
13. Телохранитель и принцип сохранения функциональности
В деятельности телохранителя идеология абсолютной безошибочности особенно опасна. Она создаёт специалиста, который хорошо работает до первой неожиданности. Но реальная профессиональная устойчивость проявляется именно после нарушения первоначального сценария. Поэтому подготовка должна проверять не только качество первоначального решения, но и способность специалиста сохранять функциональность после собственного неверного решения, неожиданного события, нарушения коммуникации или изменения обстановки. Первая ошибка становится психологическим ударом. Профессионал должен выдержать этот удар так же, как система выдерживает внешнее возмущение. Основной показатель — насколько первая ошибка изменила качество следующих нескольких решений. Тем самым спортивная, оперативная и телохранительская подготовка сходятся в одной точке. Их объединяет не оружие. Их объединяет динамика человеческого действия под давлением.
14. Подготовка под давлением
Имеются экспериментальные основания считать тренировку в условиях давления отдельным важным направлением профессиональной подготовки. В исследовании полицейских сотрудники, тренировавшиеся в условиях повышенного ситуационного давления, после тренировочного периода лучше сохраняли стрелковую результативность в стрессовой экспериментальной ситуации, тогда как у контрольной группы ухудшение сохранялось.
Однако предлагаемый подход позволяет сделать следующий шаг.
Нужно исследовать не только:
насколько давление ухудшило среднюю результативность, —
но и:
насколько давление повысило вероятность каскада после первой ошибки.
Вполне возможно, что два человека имеют практически одинаковое общее снижение результата под давлением, однако у одного ошибки остаются одиночными, а у другого начинают группироваться в серии.
Именно второй вариант представляет особый интерес для профессионального отбора и подготовки.
15. Новая модель психологической устойчивости
Психологическую устойчивость часто пытаются определять через анкету, самооценку тревожности, частоту сердечных сокращений или субъективное впечатление тренера. Предлагаемый подход вводит поведенческий критерий: устойчив человек или нет — видно по тому, что происходит с его действиями после ошибки. Отсюда можно вывести три принципиально различных типа поведения. У первого человека ошибка повышает вероятность следующей ошибки — это каскадно-неустойчивая система. У второго вероятность практически не изменяется — ошибка локализована. У третьего после ошибки вероятность следующей ошибки даже уменьшается: человек способен мобилизоваться без разрушения действия. Последний вариант особенно интересен. Он означает, что ошибка используется системой как информация, но не превращается в психологическую травму.
16. Как исследовать этот показатель
Для серьёзного исследования нельзя ограничиваться одной тренировкой.
Нужно накопить достаточно большое число эпизодов первой ошибки у каждого спортсмена и анализировать все последующие окна.
Причём следует отдельно учитывать соревнования и тренировки, уровень давления, усталость, положение ошибки внутри серии и уровень спортсмена.
Нужно также учитывать математическую зависимость наблюдений: постошибочные окна могут перекрываться, а несколько эпизодов принадлежат одному спортсмену и одной тренировочной сессии. Поэтому для научной обработки предпочтительны модели повторных измерений, смешанные логистические модели либо бутстрэпирование по тренировочным сессиям, а не простое объединение всех мишеней в одну выборку.
Особое значение имеет сравнение одного спортсмена с самим собой.
Нас должно интересовать:
каким был его (R_5) до специальной подготовки и каким он стал после неё.
Тогда психология превращается в экспериментально проверяемую технологию.
17. Отдельный показатель глубины провала
Вероятность второй ошибки является первым уровнем анализа. Следующий уровень — глубина каскада. Можно рассчитывать число дополнительных ошибок в постошибочном окне:
D₅ = E(Σᵢ₌₁⁵ eₜ₊ᵢ | eₜ = 1)
Один спортсмен после первой ошибки в среднем допускает за следующие пять действий 0,2 ошибки, другой — 1,4. Разница огромна. Можно также измерять вероятность появления двух, трёх или большего числа дополнительных ошибок. Тем самым формируется профиль провала спортсмена. Мы начинаем видеть не только вероятность ошибки, но и способность системы самостоятельно остановить своё разрушение.
18. Время восстановления
Есть ещё один показатель — сколько успешных действий требуется человеку после ошибки для возвращения к устойчивому режиму.
Его можно назвать длиной восстановления.
Для одного спортсмена достаточно следующей мишени.
У другого нестабильность продолжается две-три мишени.
У третьего ошибка способна психологически присутствовать практически до конца серии.
Это означает, что у разных людей существует различная постошибочная инерция.
И именно её необходимо сокращать тренировкой.
19. Новая задача тренера
Тренер обычно анализирует причину промаха. Это необходимо, но недостаточно. После каждого промаха должны существовать два совершенно разных вопроса: «Почему произошла эта ошибка?» и «Почему после неё произошла следующая?» Ответы могут оказаться совершенно разными. Первая ошибка могла иметь техническую причину, а вторая — возникнуть уже потому, что спортсмен начал думать о первой. Следовательно, вторая ошибка иногда является не повторением первой технической ошибки, а ошибкой управления последствиями первой ошибки. Это отдельный класс ошибок, и для него необходима отдельная методика подготовки.
20. Главное педагогическое правило
Вся концепция может быть сведена к одной формуле: после первой ошибки нельзя тренировать стремление вернуть результат — нужно тренировать способность не допустить второй ошибки. Это меняет саму психологию соревнования. Спортсмен перестаёт бороться с прошлой мишенью, оперативник — с прошлым решением, телохранитель — пытаться психологически отменить уже произошедшее событие. Все трое возвращаются к одному и тому же: к следующему правильно выполненному действию.
Заключение
Высшая форма профессиональной устойчивости заключается не в невозможности совершить ошибку. Такого человека не существует. Высшая форма устойчивости состоит в способности не позволить первой ошибке изменить архитектуру последующей деятельности. Поэтому единичный промах и серия промахов должны рассматриваться как разные научные объекты. Первая ошибка характеризует качество конкретного действия. Последующие ошибки характеризуют уже качество управления человеком самим собой. Предлагаемый показатель — вероятность второй ошибки в течение пяти последующих действий после первой — способен стать одним из объективных индикаторов психологической устойчивости стендовика. Но его значение значительно шире спорта. Тот же принцип применим в любой деятельности, где человек принимает последовательность решений под давлением.
Можно сформулировать основной закон предлагаемой концепции:
Профессионала характеризует не только то, как редко он ошибается, но и то, насколько мало первая ошибка повышает вероятность второй.
Именно поэтому недопущение глубокого провала необходимо тренировать отдельно. Не как дополнительное психологическое упражнение. Не как общую «работу со стрессом». А как самостоятельную профессиональную способность, имеющую собственную методику, собственные упражнения и собственные измеряемые показатели.
Первая ошибка может произойти.
Вторая уже должна стать предметом подготовки.
Автор: академик Олег Мальцев Phd@oleg-maltsev.com
